Владимир Сединкин о фестивалях как форме искусства

Вы следите за тем, что сегодня создают художники, скульпторы, архитекторы?

Да, это довольно важная часть моей профессии. Я читаю большое количество разных изданий и отслеживаю некоторые тренды в современном искусстве, архитектуре, интересуюсь различными фестивалями, как музыкальными, так и творческими.

А какое у вас любимое направление в искусстве?

Современное актуальное искусство может быть и концептуальным фестивалем, таким как Burning Man в США или Outline у нас, или творческой лабораторией «Человек 3000» Андрея Попова. Это и есть то искусство, которое мне нравится.

Что у вас ассоциируется с ленд-артом?

Ленд-арт — относительно новое понятие. Но если взять историю, то еще хоббиты занимались этим, когда строили норы в холмах. Конечно, наверняка мы не знаем, что там было в реальности. Но в Новой Зеландии до сих пор стоят домики из фильмов «Властелин Колец» и это тоже искусство.

Ленд-арт мне близок как человеку природы, человеку земли. Мне нравится, когда изделие или произведение искусства органически вписывается в природу. Меня очень впечатлила инсталляция Олафура Элиассона в Версале — фонтан, где вода как будто льется просто из воздуха.   

Как вы считаете, могут ли понять ленд-арт люди из больших городов, которые оторваны от природы?

Безусловно! Они не просто это понимают: у них сердечко сжимается, «как же, господи, мне повезло, что я имею возможность оторваться от своих поднебесных, ничтожных дел, оказаться на природе и видеть то, что я вижу!»

Что вы думаете о творчестве  Николая Полисского?

Я не знаю, кто до него у нас делал такие колоссальные по размаху скульптуры, которые в реальности временные. В этом главный кайф этого направления искусства: успел — увидел.

Присоединяйтесь к обсуждению ленд-арта