Юрий Муравицкий о «театре вне театра» и связи с искусством

Вы следите за тем, что сегодня создают художники, скульпторы, архитекторы? Как это связано с вашей работой?

Слежу. С тем, что я делаю, это связано напрямую. Работа режиссера для меня это, в первую очередь, работа с пространством и только потом со временем. По сути режиссура – это и есть расположение объектов в пространстве. Быть в курсе того, что происходит сейчас или происходило раньше в изобразительном искусстве и архитектуре, понимать законы и новые тенденции этих направлений просто необходимо, это часть профессии. Помимо всего прочего, это вдохновляет. Хотя то же самое можно сказать и о музыке, кино и литературе.

Какое у вас любимое направление в искусстве? Художник?

Мне нравится эстетика китча. Хотя работать с ней достаточно сложно. Поэтому меня восхищает, например, смелость Иры Кориной. Когда-то на меня огромное впечатление произвела выставка Александра Бродского. Этот художник по-настоящему открыл для меня современное искусство. И, конечно, для меня было большой честью оказаться с ним на Архстоянии в один год. Сейчас меня очень вдохновляет то, что делает Хайнер Гёббельс. Это как раз то, что открывает для театра новые пути.

Какая связь между театром и ленд-артом, почему вы решили участвовать в Архстоянии?

Сейчас театр стремится вырваться из театра – и в прямом, и в переносном смысле. В классической театральной коробке становится душно. Слишком много обусловленности. Слишком много запросов надо обслуживать. Хотя, может быть, это мое личное ощущение, которое я пытаюсь проецировать на действительность. Именно поэтому я и решил участвовать в Архстоянии: хочется делать проекты вне театра и даже вне города. Театр в таких условиях совсем по-другому воздействует. И мне интересно изучать как.

Чем ваш объект отличается от остальных на Архстоянии?

Объект называется «Кибитка 32 053», мы придумали его вместе с архитектором Рустамом Керимовым. Это одновременно и сцена, и дом на колёсах на основе автобуса ПАЗ 3205. В отличии от других объектов, «Кибитка» перемещается или, по крайней мере, может перемещаться в пространстве. Она существует в динамике, то есть не только в пространстве, но и во времени. В этом её сложность. Вообще, я чувствую, что ещё многое про неё не понял. Она как-то не оставляет меня в покое. Я часто думаю, как она там, как будто она живая.

Как вы считаете, могут ли понять ленд-арт люди из больших городов, которые оторваны от природы?

Ленд-арт могут понять все люди, которые вообще хотят что-то понять, узнать, почувствовать. В смысле что-то непривычное для себя. А людям из больших городов вообще полезно чаще бывать на природе.

Интервью дано в рамках проекта Signet Land Art.

Присоединяйтесь к обсуждению ленд-арта

Присоединиться